Репрессирован Реабилитирован посмертно (литературный подвиг И Бабеля) - сочинение

Исаак Эммануилович Бабель выстрадал свое право именоваться великим русским писателем. Не будь Бабеля, мы не знали бы подлинного Буденного и подноготной Гражданской войны во всей ее отталкивающей красе, а довольствовались бы слащавыми кинокартинами вроде «Неуловимых мстителей», поставленными по книжке Бляхина «Красные дьяволята».
Бабель - художник классического литературного стиля привнес в русский язык новороссийский колорит, четко определил долю влияния иудаистской традиции на формирование культуры «советского народа» и смело продолжил начинания русских классиков 19-го века в переосмыслении вековой «вины» интеллигенции перед простым народом. Он был даже в мелочах правдив, прост до гениальности и просто гениален.
Бабеля хотели похоронить при жизни, забыть о нем после смерти и навсегда вытравить память о нем у будущих поколений. И сейчас о нем вспоминают не часто, а как-то мельком, при случае. Но для нас автор «Конармии» - классик русской литературы уже только потому, что первый и единственный пока воздвиг в ней беспристрастный социальный анализ, чему никто из писателей не сумел или не смел последовать. У нас все писатели выполняют чей-то заказ, карают и возносят своих героев по этому заказу. Лирический герой самого Бабеля - как бы третейский судья, он не выносит суровых приговоров другим, осуждает только самого себя, но притом взыскует самым строгим образом.
Новеллы Бабеля скроены по образцу элементов «Человеческой комедии» Бальзака: каждая из них самостоятельна, но внутренней композицией спаяна с несколькими другими. Бабелю современная ему революция в России виделась трагикомедией, мы воспринимаем ее с гораздо большим привкусом горечи, чем ту, что разыгрывалась во Франции в 18-м веке.
Гражданская война у писателя наднациональна, надконфессиональна и вообще свободна от оков гуманизма. На гражданской войне нет правил и рыцарских условностей. Победителей не судят, побежденных не милуют. Бабель словно предвещает нашествие коричневой чумы: новый мир не нуждается в совести и даже в самом человеке. В мире машин человеку отведут роль оператора при автомате для убийства, который может в конце концов обойтись и без него.
Сын состоятельного книжника-еврея умел писать художественную прозу на нескольких языках, но сознательно выбрал русский. Первый из опубликованных в петербургской «Летописи» М. Горького юношеских рассказов «Элья Исаакович и Маргарита Прокофьевна» поражает своей зрелостью и литературным мастерством. Правоверный иудей искал в своих рассказах точное толкование жизни, смерти, любви и предательства, как когда-то делал это по талмуду.



Но революция, как и талмуд, не дала на все однозначных ответов: милосердия нет и быть не может, все в мире решается только большой кровью и беспощадным террором. Вместе с краснозвездной буденовкой Бабель принимает «новую веру» в мировую справедливость коммунизма, садится на коня, чтобы с шашкой в руках доказать однозначную правду, которую уже не стоит поверять истиной верой, потому что новые пророки уже загодя отпустили тебе все грехи. Казаки, самые ярые антисемиты в прошлом, и их комиссары, бывшие выпускники хедера, с однозначной яростью громят церкви и синагоги,-утесняют попов, ксендзов и раввинов, снабженные революцией «сердцами, обагренными убийством» (намек на красный цвет революции). Мораль «Конармии» писатель прививает себе сознательно, как вирусолог смертельную заразу, чтобы дать миру рецепт излечения от нее. «Одесские рассказы» уже напоминают историю болезни, когда у страдающего наступает бред. «Король» Беня Крик всемогущ, как будущие партийные бонзы. Скоро ему прискучит балаган «свободы» и он наведет образцовый порядок в исправительно-трудовых лагерях, потому что от былых революционеров «одни писаря нам... остались», продажные бюрократы, которых нужно регулярно казнить, чтобы бюрократическая машина работала без сбоев. Боевые заслуги не спасли Исаака Бабеля. За год до новой войны ветерана Гражданской оставшиеся у власти «писаря» расстреляли.






Поиск
В нашей базе находится больше 10 тысяч сочинений

Лайкнуть похвалить твиттернуть и прочее

Сочинения > Бабель > Репрессирован Реабилитирован посмертно (литературный подвиг И Бабеля)