Сочинения > Бальзак > Цвейг С Бальзак XXIII Последние шедевры
Цвейг С Бальзак XXIII Последние шедевры - сочинение


С. Цвейг Лепорелла
Стефан Цвейг: жизнь, творчество и новеллы Цвейга
Последние книги Горького


Цвейг С.: Бальзак. XXIII. Последние шедевры "Темное дело" &"Баламутку", новизну и глубину которой его современники совершенно не смогли оценить. Он завершил тогда и "Утраченные иллюзии", где, как в разрезе, предстал весь парижский художественный и театральный мир, мир искусства и искусственных триумфов. За ними последовали "Блеск и нищета куртизанок".

Мир литературы сплетается здесь с миром финансовым. На авансцену опять возвращается его Вотрен, и, словно в большой панораме, Бальзак объединяет темы прежних своих вещей. Правда, он впадает здесь иногда в бульварщину и в детектив, но именно в этой книге грандиозней, чем во всех других, предстает картина Парижа и парижского общества. Художник отомстил, наконец, и миру журналистики, который несет в себе столько опасностей, и миру денег, которые то и дело соблазняют и его персонажей и его самого. Но уже следующий роман, "Крестьяне", в котором представлено столкновение между городом и деревней, в котором должна найти свое разрешение грандиозная социальная проблема, уже этот роман Бальзак был не в силах завершить. Та самая борьба, которая в Париже ведется на бирже или в литературе, протекает в деревне у крестьян еще в самой примитивной, начальной форме.

И речь тут идет не о незримых и неосязаемых ценностях, но о земле, о почве, о каждой грядке земли. Много лет трудился Бальзак над этой книгой. Он чувствует, что она должна стать для него решающей. Снова и снова принимается он за это произведение и, пытаясь подстегнуть себя, преждевременно опубликовывает первую его часть. И все-таки он вынужден прервать работу. Он пишет другие вещи, более мелкие, менее значительные.

Вот он приклеивает к роману "Беатриса", в котором лишь первые главы еще могут считаться художественными, неестественную, сентиментальную и безжизненную развязку. Пишет пустяки вроде "Мелких неприятностей супружеской жизни" &"Физиологии брака". Новелла "Модеста Миньон", тему которой дала ему г-жа Ганская и которую он ей же &"Польке" &"беспечно отдаваться жизни как таковой". В январе 1846 года он пишет г-же Ганской в Неаполь: "Мой дух, мой разум застыли на месте... Во мне все вызывает скуку, все раздражает меня". Его уже не удручает, что он никак не может кончить "Крестьян" или что "Мелкие буржуа", вещь и сама по себе крайне незначительная, не двигается с места. Он работает уже только ради того, чтобы избавиться от долгов, и порой нам кажется, что он стал безразличен к творчеству.

Может быть, интерес этот и придет потом, когда дом будет, наконец, обставлен. И тут внезапно Бальзак бросает все и летит в марте в Рим. А по возвращении он опять забрасывает письмами г-жу Ганскую, как всегда уверяя ее, что "будет вынужден невероятно много работать".

И снова полагает он, что если на три месяца засядет за работу и будет трудиться сутки напролет, "без перерывов, ну, самое большее с перерывом на две недели, чтобы мы смогли обвенчаться", тогда ему, конечно, удастся выплатить уже последние шестьдесят тысяч франков долга. Но мы по-прежнему ничего еще не слышим о творческом его настроении. И только 1 июня он, наконец, сообщает: "Вот уже четыре дня, как я чувствую всепоглощающую энергию, которая клокочет во мне..." А 12 июня: "Я тружусь над планом „Крестьян“ и, кроме того, еще над новеллой". А 14-го уже вырисовываются контуры двух новых вещей: "Мне хочется написать вот что: во-первых, „Историю бедных родственников“. В нее войдут „Кузен Понс“, которому отводится три-четыре листа в „Человеческой комедии“, и „Кузина Бетта“ размером в шесть листов. В заключение я напишу „Козни королевского прокурора“.

Из одной новеллы получились две. Но Бальзак и сам еще не знает всего размаха и глубины своего плана. Об этом свидетельствует указанный им объем вещей. Он все еще считает, что напишет короткие рассказы, а вовсе не романы.

Покамест он установил только объем своих вещей, а это значит, что Бальзак смотрит на них просто с точки зрения будущей их доходности. Он подсчитал, что "Крестьяне", "Мелкие буржуа" и "Кузина Бетта" избавят его, наконец, от бремени долгов, как вдруг в нем пробуждается прежнее честолюбие. Набрасывая план своих вещей, он вновь ощутил наслаждение творчеством. И честолюбие, свойственное истинному творцу, наконец-то снова захватило его. В тот же день, 16 июня, Бальзак ставит перед собой задачу: "Настоящий момент требует появления одной или, может быть, двух центральных моих вещей, которыми я сокрушу идолов этой незаконнорожденной литературы и докажу, что я моложе, мощнее и талантливее, чем они. "Старый музыкант" &"бедный родственник".

"Кузина Бетта" &". Как приятно после бесконечной болтовни о денежных делах, о земельных участках, об акциях Северной железной дороги и о фарфоровых сервизах снова увидеть Бальзака, его действенную волю к подлинному художественному творчеству! Правда, по своей старой злополучной системе он, еще не представляя себе объема своих романов, уже договаривается с издателями о цене.

Но он тут же с головой окунается в работу. Снова вводится прежний распорядок труда. И мы находим у Бальзака замечание о том, что бесконечные рассеяния и отвлечения, бесконечные вещи, которые ему посылают антиквары, уже только обременяют его.

"Мне хотелось бы, чтобы все мои ящики были, наконец, распакованы. Прекрасные вещи, которых я жду, волнение, &". Не отрываясь, с быстротой, невероятной даже для Бальзака, набрасывает он план своего романа.

И в письме от 20 июня у него вырываются удивительные слова: "Я очень доволен „Старым музыкантом“. Но для „Кузины Бетты“ мне придется еще все придумать". И снова мы слышим только о том, что одна из прибывших картин исцарапана, что бронза, видимо, поддельная. И снова идет речь о долгах и портных. Но 28 июня "Кузен Понс" закончен.

Бальзак издает такой радостный вопль, какого мы не слыхали уже много лет: "Сердце мое любимое! Я заканчиваю сейчас книгу, которую хочу назвать „Паразит“. Да, таково окончательное заглавие рукописи, которую я называл то "Кузен Понс", то "Старый музыкант" и т.

п. Эта вещь, по крайней мере для меня, одно из самых главных моих созданий. Внешне оно просто, но в нем целиком раскрывается человеческое сердце. Эта вещь столь же значительна, но еще прозрачнее, чем "Турский священник", и столь же душераздирающа. Я в восторге.

Немедленно вышлю тебе оттиски. Теперь принимаюсь за "Кузину Бетту", это жуткий роман, ибо характер главного в нем персонажа явится смешением черт моей матушки, г-жи Деборд-Вальмор и твоей тети Розали. В книге будет описана история нескольких семей". Поруганное детство, судьба Лиретты, которая некогда способствовала их роману с г-жой Ганской, &"Кузен Понс", а при бальзаковской технике работы это означает, что он еще только его пишет. Нетерпение художника сочетается с нетерпением дельца.

Бальзаку кажется, что он работает еще недостаточно быстро: "К великому сожалению, уже 15 июля!" И стонет &"С грехом пополам закончу „Бедных родственников“! Я получу за них примерно десять тысяч франков, включая и издание отдельной книгой". Само собой разумеется, что эти сумасшедшие сроки выдержать невозможно. Вещь не завершена даже в августе. 12 августа за один только день Бальзак пишет двадцать четыре страницы.

Еле успев закончить черновик романа, он уже берется за его корректуру и трудится до полнейшего физического изнеможения. Его врач, как сообщает Бальзак, вне себя: "Ни он и никто из его товарищей и коллег по профессии не мог себе даже представить, что человеческий мозг в силах выдержать такое напряжение. Он заявил мне, что я кончу скверно, и повторяет мне это с самым грустным выражением лица. Он заклинает меня делать по крайней мере время от времени перерыв в этих „распутствах мозга“, как он их называет. Он был вне себя, когда узнал, какие усилия потребовались мне, чтобы сочинить „Кузину Бетту“. Я сымпровизировал ее в течение шести недель.

Врач сказал мне: „Это непременно кончится какой-нибудь катастрофой“. И действительно, я сам чувствую, что со мной что-то случилось. Я должен искать бодрости в развлечениях, но подчас это вовсе нелегко. Действительно, мне самое время отдохнуть!

" В сентябре, в разгар работы над корректурами, Бальзак отправляется в Висбаден, к г-же Ганской, набраться новых сил. Только что он создал свои шедевры. Ибо оба эти романа &"Кузен Понс" и "Кузина Бетта", которые развились из первоначального плана "Бедных родственников", &"Отце Горио", в "Утраченных иллюзиях" еще слышался отзвук разочарований короля Лира, то в этих заключительных романах сконцентрирована пронзительная сила Кориолана. Бальзак всегда особенно величествен, когда он стоит над своим временем, когда он не простирается ниц перед своей эпохой и создает вещи, имеющие абсолютное значение. Действие "Кузины Бетты" и "Кузена Понса" лишь случайно разыгрывается в Париже и лишь случайно в первой половине девятнадцатого столетия. Его можно было бы перенести в Англию, в Германию, во Францию и в Америку наших дней, в любую страну, в любое время, ибо здесь описаны страсти стихийные. К его галерее мономанов прибавились теперь эротоман барон Юло и коллекционер Понс.


Похожие сочинения


С. Цвейг Лепорелла
Стефан Цвейг: жизнь, творчество и новеллы Цвейга
Последние книги Горького

ТОП 3 популярных



Поиск
В нашей базе находится больше 10 тысяч сочинений

Лайкнуть похвалить твиттернуть и прочее