Мое отношение к Печорину - сочинение

Честное слово, мне трудно писать о Печорине. Мне представляется его, Печорина, убийственная ирония в ответ на мои поверхностные школьные характеристики. Чем больше я читала роман, тем меньше укладывался Печорин в простую ученическую схему, тем труднее было подвести его под строгое определение индивидуалиста и разочарованного героя.
Я не могу Печорина во многом принять. Мне не нравится, что он предал дружбу Максима Максимыча, проявив к нему полное равнодушие после долгой разлуки. М не не понятна его холодность к Бэле, к княжне Мери, ведь эта холодность первой стоила жизни, второй — душевного спокойствия.
Я понимаю, что Печорин — герой своего времени. Но я знаю других — не покорившихся времени, не примирившихся, но и не противопоставивших себя людям и человечеству. Первый и любимый из них Лермонтов. Я не могу простить Печорину того, что стремясь защитить себя, свою личность от тупого и самодовольного вмешательства тех, кто стоял у власти, он не сумел защитить лучшее в себе от себя самого, от злых и холодных сил, опустошающих душу и вытесняющих все светлое и живое.
Не сумел потому, что все время если не оправдывал, то объяснял свой характер и жизнь временем и судьбой и в результате принимал себя таким, каким он был. Не сумел потому, что, подвергая все сомнению, он ничему не мог отдаться до конца.
В «Фаталисте» Печорин произносит чудесные слова сильного человека: «Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума не мешает решительности характера — напротив; что до меня касается, то я всегда смело иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает», — и всей своей жизнью он оправдывает эти слова, уходя от того единственного боя, который принимает Лермонтов.



Самые великие, самые благородные умели даже в самые мрачные периоды истории «хранить к людям на безлюдье неразделенную любовь». Но Печорин не был на это способен. «Зло порождает зло», — вот его истина и закон. И, противопоставляя себя обществу низких и жалких людей, Печорин всю жизнь ставит людей на второе место, а на первое — себя. «...Если я причиною несчастья других, то и сам от этого не менее несчастлив», — это правда, но разве это оправдание? Люди, встретившие на своем пути Печорина, не только страдали. Они делались богаче. Бэла погибла, но она узнала любовь и счастье, которых в ее жизни могло не оказаться совсем. Княжна Мери испытала страдания, но зато навсегда утратила симпатию к «разочарованным героям» вроде Грушницкого. Сам же Печорин не нашел счастья ни в чем. Ему не хватило лермонтовской «жажды бытия», способности идти навстречу людям. «Под ношей бытия» охладела и устала душа Печорина, ему уже действительно не осталось ничего, кроме надежды: «Авось где-нибудь умру на дороге». Лермонтов же до конца своей короткой жизни шел к людям, чтобы «провозглашать... любви и правды чистые ученья», и потому жестокое время оказалось над ним не безвластно.






Поиск
В нашей базе находится больше 10 тысяч сочинений

Лайкнуть похвалить твиттернуть и прочее

Сочинения > Герой нашего времени > Мое отношение к Печорину