Сергей Есенин — певец Руси ч2 - сочинение

Перестав понимать, «куда несет нас рок событий», а непонимание для Есенина, с его здравым крестьянским смыслом, с его проницательным умом, было мучительным, он, как за спасательный круг, ухватился за «начала», за ту крепь, над которой еще так недавно иронизировал, за те кровные узы, какими был связан — и с русской деревней, и с русским «равнинным мужиком». Не с мифическим Отгарем, а с реальным, пропахшим самогонкой мужиком, озлобленным поборами и схватившимся за нож и обрез («Мужик если гневен не вслух, / То завтра придет с ножом»). А вот то единственное стихотворение-манифест, какое он все-таки написал, несмотря на душевную смуту, в переломном 1920 году: Я последний поэт деревни, Скромен в песнях дощатый мост. За прощальной стою обедней Кадящих листвою берез. Но это не пейзаж, а созданный средствами пейзажной живописи образ прощания и с вымирающей деревянной деревней, и с ее древней земледельческой кустарной культурой, и с ее последним поэтом — еще живым, но уже почувствовавшим, что время его миновало: Не живые — чужие ладони, Этим песням при вас не жить! Только будут колосья-кони. О хозяине старом тужить.

Будет ветер сосать их ржанье, Панихидный справляя пляс. Скоро-скоро часы деревянные Прохрипят мой двенадцатый час! 







Поиск
В нашей базе находится больше 10 тысяч сочинений

Лайкнуть похвалить твиттернуть и прочее

Сочинения > Есенин > Сергей Есенин — певец Руси ч2