ЭСТЕТИЧЕСКИЕ ВЗГЛЯДЫ Н М КАРАМЗИНА - сочинение

Карамзин — самая яркая фигура эпохи русского сентиментализма, основная черта которого — эстетизация действительности. Отечественные историки литературы единодушно утверждают, что для русских сентименталистов характерно органическое слияние эстетического принципа с гуманистическим. Однако, углубляясь в творчество Карамзина, мы начинаем спрашивать себя, в чем же, собственно, проявляется гуманистический пафос его произведений? Не слишком ли эстетизм этого писателя и поэта подавляет подлинное чувство любви к людям, не к абстрактному человечеству, а к живым людям из плоти и крови? Читая «Бедную Лизу», то и дело ловишь себя на мысли о том, что у писателя отсутствует глубокий и искренний интерес к своей героине, что жалость к ней носит отвлеченный характер. Порой возникает впечатление, что автор не столько сочувствует Лизе, сколько со стороны любуется своей чувствительностью, принимая ее за сострадание, в силу чего его повествованию присущ неестественный, чересчур патетический тон. Более того, создается впечатление, что Карамзин как будто и не испытывает тех чувств, которые выражает по отношению к своим героям. Он не углубляется ни в их сердечную, ни в реальную, бытовую жизнь. Поэтому у него нет ни психологии, ни подлинного трагизма. Гоголь, говоря о Карамзине, метко назвал его душу «благоустроенной». Действительно, прозе и поэзии Карамзина свойственно некоторое самодовольство, исходящее из привычного ощущения благополучия:
Пусть громы небо потрясают,
Злодеи слабых угнетают,
Безумцы хвалят разум свой —
Мой друг! Не мы тому виной.
Мы слабых здесь не угнетали И всем ума, добра желали:
У нас не черные сердца!
Поскольку внутренне Карамзин далек от чаяний и стремлений живых, конкретных людей, а подлинный трагизм ему неведом, он, человек далеко не наивный, часто впадает в излишнюю слезливую чувствительность: «Я смотрел и наслаждался; смотрел, радовался и — даже плакал; что обыкновенно бывает, когда сердцу моему очень, очень весело!»



Описывая падение Лизы, Карамзин недолго останавливается на эмоциональном состоянии героини, а за его назидательным тоном встает образ добродетельного судии: «Ах, Лиза, Лиза! Где ангел- хранитель твой? Где — твоя невинность?» В философских и политических взглядах Карамзина также преобладает эстетическое начало. Преклоняясь перед гением Руссо, он принимает даже его республиканские идеалы и остается верен им до конца своих дней, несмотря на резкий идейный перелом, превративший его в апологета русского самодержавия. И в этом для самого Карамзина нет никакого противоречия, ибо, по словам Герцена, для него и его поколения слово «республика» имело «нравственный смысл», то есть было связано не с политическими требованиями, а с моральным идеалом. Карамзин писал: «По чувству я остаюсь республиканцем, — но при том верным подданным русского царя». Таким образом, мы видим, что республиканизм Карамзина никак не был связан с исторической реальностью, это была лишь эстетически окрашенная мечтательность. Поэтому он так легко и безболезненно уходил в мир светлых грез, когда его что-то не устраивало в реальной действительности: Ах! Не все нам горькой истиной мучать томные сердца свои! Ах! Не все нам реки слезные лить о бедствиях существенных! На минуту позабудемся в чародействе красных вымыслов!.. Чувствительность и мечтательность Карамзина не позволяла ему приобщиться к философским и религиозным ценностям и возвыситься над эстетизмом, который усыплял его мысль и внушал успокоительную веру в то, что «чувствительное сердце есть богатый источник идей». Однако все эти недостатки, отчасти обусловленные духом эпохи, не помешали Карамзину сделать неоценимый вклад в развитие русской культуры (кстати сказать, само слово «развитие», как и много других, вошло в русский язык с его легкой руки). Не так просто однозначно оценить место и роль Карамзина-историка, поскольку многие Исследователи справедливо упрекают его в том, что он пренебрегал реальными нуждами российской жизни, упивался созерцанием русского национального величия, воскрешал идею «священного» характера власти. И все же Карамзин — верный и любящий сын своей Родины — остался в памяти потомков как живое звено между Россией и Европой, и если его литературному творчеству недоставало гуманизма, то в сфере культуры он проявил себя как подлинный гуманист. Ему принадлежат слова, которые актуальны и в нашу эпоху: «Все народное ничто пред человеческим. Главное дело быть людьми, а не славянами».






Поиск
В нашей базе находится больше 10 тысяч сочинений

Лайкнуть похвалить твиттернуть и прочее

Сочинения > Карамзин > ЭСТЕТИЧЕСКИЕ ВЗГЛЯДЫ Н М КАРАМЗИНА