Инфернальные мотивы в творчестве В В Маяковского - сочинение

Мистических или оккультных мотивов, столь характерных для русской поэзии «серебряного века» в творчестве Маяковского почти нет, их встретить очень трудно. Маяковский был последовательный атеист, в сверхъестественные или потусторонние силы не верил. Но помимо его воли прорывалась в его поэзию лексика незримого царства разрушения и отрицания, которому поэт беззаветно и преданно служил до конца своих дней:
Товарищ Ленин, работа адова... делается...
Я над всем, что сделано, ставлю «nihil»... - под этими словами мог подписаться хоть сам Мефистофель. Это в наше время сатанисты всех мастей открыто проповедуют культ отрицания и разрушения. В начале века у Маяковского признания в сатанизме звучали нечаянными оговорками:
Я люблю смотреть, как умирают дети...
Зато слова от корня «ад» у поэта так часты, что не надо даже проводить лингвочастотного анализа, они сами бросаются в глаза из поэтических строк: «адище города» и «адки» светящихся окон. Стихи зовут «на баррикады», грубый натиск строк давит танком, кастетами рифм крушат черепа. Апостолам разрушения от «Облака в штанах» число - тринадцать. Не стоит через сто лет стыдливо удалятся от истины: у того, кто разрушает и творит зло есть имя. Кто же этот тринадцатый апостол, не Люцифер ли?
Империя зла организована вовсе не стихийно, заверяет нас поэт: Послушайте!
Если звезды зажигают - значит - это кому-то нужно?
Теперь мы хорошо знаем, кому было нужно поджигать мир. Не надо натягивать на мифическое облако зла штаны, сшитые из манифеста футуристов. «Футуропоэзия» и так ничего не скрывает, а признает гимн «Интернационал», которому молятся разрушители:
Весь мир насилья мы разрушим...
Коммунисты верили в силу организованного пролетариата: Единица - вздор,
Единица - ноль...
От Маяковского пойдет вера во всемогущество разрушительной силы отдельно взятого человека. Фигура с растопыренными руками и ногами - пентаграмма, знак антихристов: «боже из мяса - бог-чело- век» - красная звезда большевиков. Сама фигура поэта: пронзительный взгляд искоса и чуть-чуть исподлобья, волевой подбородок, широко расставлены ноги - готовый монумент сверхчеловеку, все в нем «грубо, зримо», пугающе красиво.
Гипербола - родимый знак футуристов, все вывернуть наизнанку и преувеличить до искажения. Но это не главный ли принцип князя мира сего, которому верно служат разрушители? Мир превращен в захламленный заводской двор. Поэт берется его расчистить в Судный День мировой революции:
Будет день!
Пожар всехсветный, чистящий и чадный.
Выворачивая богачей палаты, будьте так же беспощадны в этот день расплаты!



Маяковский стремился использовать все художественные средства для поддержки большевистского государства, пропаганды новых ценностей. Для этого поэт, нарушая запрет отрицания, использует все богатство приемов и стилей, выработанных «старым миром». Маяковский пишет злободневную сатиру, стихи и частушки для агитационных плакатов «Окна РОСТА», великолепную рекламу советских товаров, которая до сих пор остается «классикой жанра»: Поэзия любит в мистику облекаться, Всяких высоких материй касаемо. Я же агитирую за покупку облигаций Государственного выигрышного займа! Ложь во благо? Пусть будет ложь, если это высокоталантливая пропаганда и реклама. Читатель интересуется качественной стороной произведения, а не смысловой ценностью текста. Поэт сам своими руками выстроил тот мир, в котором мы с вами живем в нашей стране в 21-м веке. Не заблуждайтесь, первый краеугольный камень в его культуру заложил Маяковский. Эпатирующая манера держать себя у микрофона одинакова для нынешних политиков, финансистов или телеведущих. Это память о Маяковском, его творческое наследие и завещание. Будем же честны - нельзя отвергнуть, что не отвергается жизнью, нельзя извергнуть, что составляет твою внутренне неотделимую сущность «новых русских»: У советских собственная гордость - на буржуев смотрим свысока. Итак, миф сотворен, мир построен. Тысячи последователей подхватили техноутопию о новом мире из бетона и стали. Уже ложились на бумагу проекты мартенов, домен, прокатных станов и тракторноавтомобильных «городов-садов». Приступили к строительству грандиозных каналов, «магниток», «днепрогэсов». Зрелое творчество поэта воспевает новорожденный идеал: пьеса «Мистерия-буфф», поэмы «150 ООО ООО», «Владимир Ильич Ленин», «Хорошо!» и почти все стихотворения исполнены в мажорной тональности «левого марша». Но что-то в новом мире складывалось не по нотам оркестра из «флейт водосточных труб». Новой музыке недостает гармоничности, трагически нарастает ощущение порочности «города-сада», от стихотворения «Прозаседавшиеся» веет досадой, пьеса «Баня» раскаляет раздражение. К концу жизни у Маяковского нарастает ощущение несоответствия политической и социальной реальности вдохновлявшим его с отроческих лет высоким идеалам революции, в соответствии с которыми он строил всю свою жизнь - от одежды и походки до любви и творчества. Комедии «Клоп» и «Баня» представляют собой сатиру с элементами антиутопии на обуржуазившееся общество, позабывшее о тех революционных ценностях, ради которых революционеры шли на баррикады. Внутренний конфликт с окружающей действительностью наступавшего «бронзового» советского века несомненно оказался самым важным позывом, который подтолкнул поэта-бунтаря к последнему бунту против законов мироустройства - самоубийству. Этим актом Маяковский отрицает уже самого себя. В незаконченной поэме «Во весь голос», ставшей его поэтическим завещанием, поэт-трибун убеждает читателя в искренности сво их устремлений и вековечности избранного раз и навсегда пути: величие идей не разглядеть, стоя у фундамента эпохального монумента. Содеянное оценят только потомки из «коммунистического далека». Маяковский - наш, мы все отмечены его клеймом, хотим мы того или нет. А вот плохо это или хорошо - судить не нам, а более отдаленным потомкам.






Поиск
В нашей базе находится больше 10 тысяч сочинений

Лайкнуть похвалить твиттернуть и прочее

Сочинения > Маяковский > Инфернальные мотивы в творчестве В В Маяковского