Художественные открытия русской литературы начала XIX века - сочинение

XVIII век, предшествовавший XIX, «золотому веку» русской литературы, был для нее временем ученичества. Начиная с эпохи Петра российское общество вступило в полосу стремительного «поглощения» образцов западноевропейской светской культуры. В литературе шло усвоение идей, вырабатываемых западной мыслью (прежде всего идей Просвещения), и художественных принципов, составляющих основы классицизма; разрабатывались основы национального стихосложения. Трудами Тредиаковского, Сумарокова, Ломоносова, Державина за исторически короткий срок была создана отечественная светская литература, прежде всего поэзия и драматургия. Появление отечественной художественной прозы обычно связывают с публикацией в 1830 году «Повестей Белкина» А. С. Пушкина, однако важную роль в становлении русской прозы сыграли также писатели-сентименталисты Радищев и Карамзин.
В начале XIX века перед русской литературой стояла проблема единого литературного языка, без решения которой ее дальнейшее развитие было бы затруднено. В период господства классицизма (вторая половина XVIII века) стиль и язык художественного произведения обусловливались жанром, а тот, в свою очередь, предполагал строго определенное содержание, диктовал выбор соответствующих героев. Например, трагедия посвящалась историческим персонажам; ода воспевала правителей или могущество Вселенной и человеческого разума. Этим жанрам соответствовал «высокий» стиль. Назначением «низких» жанров (сатирической комедии, басни) было осмеяние пороков, обличение зла, изображение мира непросвещенных людей. В комедиях и баснях допускались просторечие, сниженная лексика («низкий» стиль). Жесткая регламентация жанров сковывала авторов, препятствовала их свободному самовыражению.
Проблема единого литературного языка стала предметом ожесточенной полемики между «карамзинистами» и «шишко- вистами». Эта полемика была начата в 1803 году, после выхода в свет книги А. С. Шишкова «Рассуждение о старом и новом слоге российском», и продолжалась не один год — в пушкинском «Евгении Онегине» еще звучат ее отголоски («Но панталоны, фрак, жилет /Всех этих слов на русском нет...», «Шишков, прости:/Не таю, как перевести»).
Суть полемики сводилась к следующему. Карамзин полагал, что русский литературный язык должен ориентироваться на живую, разговорную речь образованного общества, в том числе на ясный, логичный и гибкий французский язык. Это вело к ограничению в языке старославянских элементов и грубой просторечной лексики. Для выражения новых понятий Карамзин создавал новые слова, по образцу иностранных (трогательный, занимательный, представитель, начитанность, сосредоточенный и другие), или заимствовал их из иностранных языков (моральный, энтузиазм, меланхолия, гармония, катастрофа и другие).
Шишков, напротив, считал, что старославянизмы придают национальному языку «богатство, разум, силу, красоту» и представляют собой «корень и основание российского языка». «Старый слог», по Шишкову, охранял основы национальной идеологии, в то время как новый стремился «отвлечь от нравоучительных духовных книг... привязать к одним светским писаниям, где столько расставлено сетей к помрачению ума и уловлению невинности».
Взгляды Карамзина разделяли Жуковский, Батюшков, Вяземский и Пушкин. Стремлению Шишкова отстоять национальное своеобразие русского языка сочувствовали Грибоедов и Крылов. В целом победа осталась за «карамзинистами», однако и усилия Шишкова и его сторонников были не напрасны: начиная с Крылова и Грибоедова русские писатели используют в своем творчестве все богатство живого русского языка — разговорный язык дворянской интеллигенции, просторечие образованного общества, архаическую и простонародную лексику. Крылов обогатил русскую литературу национальной басней, в которой обобщил нравственные принципы, исторически сложившиеся в народном опыте. Грибоедов создал образец политической «высокой» комедии.
Поэты Жуковский и Батюшков возглавили так называемую «школу гармонической точности». Стремясь передать в поэзии сложность и многообразие эмоциональной жизни личности, они преобразуют язык, освобождают его от излишней тяжеловесности и достигают лексической ясности, выверенное™ стиля, внятности поэтической речи. Чтобы оценить вклад «карамзинистов» и их предшественников в становление русского литературного языка, сравним три поэтических фрагмента. Первый создан в конце XVII века (автор — Симеон Полоцкий):
Человек некий винопийца бяше меры в питии хранити не знаше,
Тем же многажды повнегда упися, в очию его всяка вещь двоися.
Второй принадлежит перу Ломоносова (XVIII век):
Там Лена чистой быстриной,
Как Нил, народы напояет И бреги наконец теряет,



Сравнившись морю шириной. И наконец, третий отрывок — из ранней элегии Жуковского «Вечер»: Уж вечер... облаков померкнули края, Последний луч зари на башнях умирает; Последняя в реке блестящая струя С потухшим небом угасает. Первый отрывок насыщен архаическими элементами, его смысл современный читатель уяснит с трудом. Смысл второго отрывка ясен, однако и от ломоносовских строк веет глубокой архаикой. Отрывок же из Жуковского — хотя этой элегии скоро исполнится двести лет! — звучит почти современно. Пушкин завершил в своем творчестве более чем столетний период «встречного движения» двух языковых стихий — живой, разговорной речи и условного литературного языка, отказался от деления средств языка на «высокие» и «низкие» и преодолел жанровое мышление. Его произведения, как правило, созданы на основе синтеза жанров. Например, «Евгений Онегин» содержит черты романтической поэмы и «социально-бытового романа»; элементами повествования становятся элегия, ода, идиллия, эпиграмма, эпистолярный жанр. В творчестве Пушкина нашли воплощение основные принципы реалистического письма — историзм и народность. Принцип историзма означает соответствие персонажа (его переживаний, образа мыслей) «духу» своей эпохи и своей среды. Например, в трагедии Пушкина «Моцарт и Сальери» идейный конфликт между главными героями отражает «переходное» состояние западноевропейской культуры между Средневековьем (Сальери) и Возрождением (Моцарт). Сальери проповедует аскетизм и духовную дисциплину, служение идее. Он испытывает отвращение к порочной и несовершенной обыденной жизни, к «простому» человеку. Уличный слепой музыкант с его убогим «искусством» вызывает в Сальери ужас. Моцарт же радуется жизни во всех ее проявлениях. Он в равной мере открыт для прозаического и возвышенного, трагического и смешного. Автор не «осовременивает» героев — их взгляды, стремления, эмоциональная жизнь точно соответствуют характеру изображаемой эпохи. Принцип народности предполагает изображение и оценку персонажей (независимо от их социальной принадлежности) с позиций народной этики, которая складывалась на протяжении .веков. В творчестве Пушкина этот принцип впервые находит воплощение в драме «Борис Годунов». С позиций народности раскрывается в его произведениях и тема «маленького человека» («Станционный смотритель», «Медный всадник»). Именно в творчестве Пушкина произошло нравственное самоопределение русской литературы. Его творениям свойственны этикоцентризм (приоритет нравственной проблематики), гуманистическая направленность, преимущественное внимание к духовной жизни личности, к ценностным аспектам бытия, их отличает дух высокой гражданственности, проповедническое звучание. Ф. М. Достоевский настаивал на том, что вся последующая литература «вышла прямо из Пушкина».






Поиск
В нашей базе находится больше 10 тысяч сочинений

Лайкнуть похвалить твиттернуть и прочее

Сочинения > По произведениям русской литературы > Художественные открытия русской литературы начала XIX века