РЕЦЕНЗИЯ НА СПЕКТАКЛЬ «ГОНЧАР» - сочинение

Прошлым летом я видела спектакль театра «Второе дыхание» (режиссер В. Седов). Два актера этого «мини-театра» (всего их трое) раньше были ведущими исполнителями Московского Театра Пластической Драмы, которым руководил Гедрюс Мацкявичус. Я узнала, что спектакли этого режиссера задолго до перестройки отличались смелостью, глубиной, философским осмыслением духовных запросов современной молодежи.
В спектакле «Гончар» заняты двое актеров, которые пользуются почти исключительно языком пластики. Перед началом «мистерии», как назвал спектакль режиссер, он рассказал о тех идеях, которые хотел передать. Основная его мысль заключается в том, что человек на пути к нравственному и духовному совершенству должен пройти через множество испытаний. Только проделав нелегкий путь внутреннего самоочищения, можно обрести высшую мудрость, которая дает человеку состояние высшего счастья.
Чтобы рассказать о содержании спектакля, который произвел на меня сильное впечатление, необходимо перевести на язык слов жесты и движения. И хотя это нелегко, я попробую это сделать. Но сразу надо оговориться: язык пластической драмы предполагает почтй неограниченную свободу для истолкования, а оно требует от зрителя «соучастия» в творческом процессе.
На пустой сцене стоит гончарный круг, на нем — бесформенный ком глины. Появляется Гончар, изготавливает несколько сосудов, после чего вылепливает Человека и оживляет его. Гончар, то есть Творец, учит Человека всему, что умеет и знает сам. В его движениях ощущается скрытая сила, сдержанность, неторопливость. Человек же двигается неуверенно, робко, но постепенно он приобретает опыт и самостоятельность. Он совершенно свободен в своем пространственном освоении мира. Гончар-Творец явно преследует определенную цель: он хочет научить Человека творить, чтобы тот стал его учеником и преемником. Но поскольку Человек предоставлен самому себе, а Гончар старается не вмешиваться в его действия и поступки и лишь наблюдает за ним со стороны, эта свобода увлекает Человека назад, в состояние хаоса, неоформленности. Его движения порой становятся дикими, нелепыми, зловещими, отталкивающими. Действительно, свобода выбора — это не всегда выбор свободы! Человек, слабый духовно и действующий по своему произволу, повинуясь лишь зову естества, фактически порабощен теми силами, которые открывает в себе самом. Человек безумно активен, но его активность направлена исключительно во внешний мир, он все больше теряет себя. В какой-то момент в нем берет верх тяга к разрушению, и Гончар с горечью видит, как его Творение начинает разрушать то, что Гончар создал прежде него, — прекрасные вазы и кувшины. Но Гончар вмешивается только тогда, когда Человеку грозит опасность обратить свою разрушительную энергию против себя. Человек успокаивается, но начинает скучать. А потом жестами показывает Творцу, что хочет испытать радость полета в небе. Гончар уступает его просьбам и изготавливает ему крылья, на которых Человек взлетает в небо. Когда же он начинает падать на землю, Гончар снова спасает его.



Постепенно отношения между Творцом и Творением перерастают в любовь Отца к Сыну, и Человек начинает творить. Когда Гончар видит, что Человек готов к творчеству, он надевает ему на глаза повязку. Вероятно, это означает, что Гончар хочет, чтобы его Сын и Ученик творил не по образу и подобию внешних вещей, но черпал творческое вдохновение только из себя, развивая свое воображение и разум. Между Творцом и Творением устанавливается полное понимание, Гончар кропит водой все окружающие предметы, освящая Мир. И Человек-Адам произносит свои первые слова, и эти слова — молитва. Спектакль, по мысли режиссера, носит мистериальный характер, а это означает, что человек, сидящий в зале, должен быть не просто зрителем, но участником мистерии. Тогда он сможет внутренне, но совершенно реально прожить все, что он увидел, а в идеале между увиденным и прожитым должна исчезнуть всякая граница. Но не слишком ли многого требуется от зрителей? Мистический пафос спектакля, глубина вечных вопросов, которые ставятся с абсолютной серьезностью, парадоксальным образом лишают свободы суждения. Зрителю как-то и неловко спросить у режиссера: а какое отношение все это имеет ко мне? Режиссер оставляет зрителю только две возможности: или честно признаться, что он чужд всякого духовного поиска и погружен в «низменный» материальный мир, или же преклонить колена перед открывшейся Истиной и уйти из театра «новым человеком», готовым жертвенно нести людям свет этой Истины, словно горьковский Данко! И все же сам факт, что в наше столь прозаическое время есть люди, которые бескорыстно живут такими высокими устремлениями, вселяет надежду. Пусть создатели спектакля-мистерии «Гончар» у кого-то вызовут снисходительную улыбку: подумаешь, аристократы Духа! Пусть они удалились от проблем современности, их все же хочется почтить добрым словом, вспомнив Мак-Мерфи из великолепного фильма «Полет над гнездом кукушки». Мак-Мерфи на спор берется поднять пульт управления из цемента и стали, заведомо зная, что это невозможно. Когда через несколько минут безумного напряжения, сорвав кожу на ладонях, он бессильно падает на пол, он бросает собравшимся возвышенную дон-кихотскую фразу: «По крайней мере я попытался!»






Поиск
В нашей базе находится больше 10 тысяч сочинений

Лайкнуть похвалить твиттернуть и прочее

Сочинения > Сочинения на свободную тему > РЕЦЕНЗИЯ НА СПЕКТАКЛЬ «ГОНЧАР»