Сатиры едкая издевка (Сочинение пародия на сатирическую критику) - сочинение

Я хочу начать свое сочинение в духе пародии на современную сатиру и юмористику с утверждения, что попытка целостного взгляда на проблему с точки зрения диалектики смеха и серьезности в художественном творчестве обречена стать посмешищем. Особенно, если речь идет об ироническом рассказе, мастером которого был Михаил Михайлович Зощенко.
Сегодня нельзя делать из Зощенко «сатирика» и «обличителя» «пережитков прошлого» и «мещанства». Так же слишком просто было бы поставить его в один ряд с Аверченко и Тэффи, исследовавших корни «явления советского Хама» и «идиотизм социализма». Зощенко не только обличитель, он уже куда больше, чем сатирик. Его смех активно участвовал в выработке новых, эстетически продуктивных художественных конструкций - сюжетных, образных, языковых. Зощенко раздвигал границы «смешного» и «серьезного», создавал новую форму абсурдного диалога глухих к чужим доводам собеседников. Создал и парадоксальный «новояз» советской эпохи.
Предтечей Зощенко можно назвать Даниила Заточника из 12-го века с зачином из его «Моления»: «Ибо я, княже господине, как трава чахлая...» - «Я, господине, хоть одеянием и скуден, зато разумом обилен...». Зощенковский Назар Ильич Синебрюхов зачинает речь так: «Я такой человек, что все могу...» и тут же противоречит самому себе: «...Очень я даже посторонний человек в жизни».
«Наивный реализм» восприятия в «зощенковском герое» - не «маска» самого Зощенко, а развитие универсальной формулы Гоголя «Чему смеетесь? - Над собою смеетесь!». «Зощенковский герой» исторически восходит к рассказчикам «Повестей Белкина», авторским репризам в «Мертвых душах», «лирическому герою» Козьмы Пруткова. «Зощенковский герой» имеет потомков в образах «люмпен-интеллигента» в «Москве-Петушках» Венедикта Ерофеева, героя-рассказчика песен Владимира Высоцкого и героя мозаичного «эпоса» Михаила Жванецкого. Между текстами Зощенко и Высоцкого можно найти множество словесных перекличек. Например, у Зощенко: «Сегодня день-то у нас какой? Среда, кажись? Ну да, среда» (рассказ «Ошибочка»), У Высоцкого: «А день... какой был день тогда? Ах да - среда!..» (песня «Ну вот, исчезла дрожь в руках...»).



То же с Жванецким. У Зощенко: «Очень даже удивительно, как это некоторым людям жить не нравится». У Жванецкого: «Надо достойно ответить на обоснованные, хотя и беспочвенные жалобы иностранцев - почему у вас люди хмурые». Пожалуй, ближе всего к «зощенковскому герою» Афанасий Перегуд из «Заячьего ремиза» Н.С. Лескова. Но и «Назар Ильич господин Синебрюхов» и «очарованный странник» Лескова «Иван Северьяныч, господин Флягин» - пря мая родня. Оба дики, потому что неграмотны, и страшны, потому что слепо отдаются року, не разбирая, где зло и добро. Но это было в годы суровой царской и советской цензуры. В «свободной» России сатира в 21 -м веке становится пугливая, с нервным подхихикиванием и обезьяньими ужимками. Словно это пародия на самих сатириков, как телепрограмма «Куклы» - на политиков.






Поиск
В нашей базе находится больше 10 тысяч сочинений

Лайкнуть похвалить твиттернуть и прочее

Сочинения > Сочинения на свободную тему > Сатиры едкая издевка (Сочинение пародия на сатирическую критику)