Военная тематика и военная проблематика - сочинение

В повести В. Астафьева «Где-то гремит война» действие происходит за тысячи километров от фронта. Тем не менее для нас это книга о войне. В романе В. Семина «Нагрудный знак „08Т"» (он рассказывает о судьбах советских людей, подростков, угнанных в Германию) нет ни боев, ни фронтов, ни сражений. Тем не менее это книга о войне, и но просто потому, что действие ее происходит в годы Великой Отечественной войны, но и потому, что ее проблематика, ее нравственное содержание связаны с ответом на вопрос о природе фашизма и о силах, ему противостоящих.

Сам автор как бы уходит от этой определенности, ибо, по его мнению, выраженному устами героя-рассказчика, важнее исследовать почву, породившую фашизм, чем сам фашизм. Но именно эта задача возвращает его роман в пределы литературы о войне. Повесть М. Ибрагимбекова «За все хорошее — смерть», в сущности, тоже книга о войне. Не потому, что в этой повести, действие которой происходит в наши дни, внук погибшего солдата попадает в заминированный подземный командный пункт гитлеровцев, сохранившийся со времен боевых действий, или, во всяком случае, не только поэтому.

Важнее то обстоятельство, что повесть сталкивает сегодняшнее юное поколение со «взрослыми» вопросами неумершего наследия военных лет. Необходимость выбора, высветляющая характеры юных героев, столкнувшихся со «взрослыми» («мужскими») вопросами жизни, связана с осознанием преступности реакционного насилия, воплощенного в феномене гитлеровского фашизма, и это непосредственно вводит повесть в систему таких категорий, как народ, родина, государство, придает особую, внелич-ностную укрупненность нравственной проблематике, что обычно для книг о войнах.

В «Русском лесе» Л. Леонова война занимает сравнительно небольшое, хотя и важное, место, ибо связана самым непосредственным образом с нравственной и исторической концепцией книги. Говоря о том, как отразилась в русской литературе Великая Отечественная война, мы не можем ограничиться у Л.

Леонова пьесой «Нашествие», повестью «Взятие Великошумска», публицистикой и пройти мимо «Русского леса», как и мимо «Половчанских садов» и ряда других его произведений. Без творчества этого писателя, которого никак нельзя причислить к «военным», невозможно исчерпывающе представить себе свойственную русской литературе нравственную философию войны. Стремление очертить четкой линией контуры литературы о Великой Отечественной войне внутри всей текущей русской литературы (так же как и в любой другой литературе мира) было бы делом безнадежным и невыполнимым. Абсолютизация границ может здесь только повредить исследованию. Речь, следовательно, должна идти не столько о том, чтобы сопоставлять тематически сопоставимые, «однородные» произведения, сколько о выявлении закономерностей, действующих в искусстве, когда художник «пишет войной» (Маяковский).

Даже в годы войны книги о ней далеко не всегда были замкнуты фронтовой действительностью; это справедливо, скажем, для «Дней и почей» (1943) К. Симонова, «Взятия Великошумска» (1944) Л. Леонова, но несправедливо для «Волоколамского шоссе» А. Бека, созданного двумя годами раньше. Тенденция к обостренно-трагическому восприятию войны и к «сужению» ее картины до «малого плацдарма» (как это было в европейской литературе на рубеже 20—30-х годов, а в русской литературе на рубеже 50—60-х) или к новому расширению ее до эпических замыслов (как это было в европейской литературе в 30-е годы, а в русской — в начале 70-х) имеет каждый раз свои вполне определенные исторические и социальные причины. Отношение к «теме» специфически выражает особенности текущего литературного процесса.

Таким образом, мы имеем дело здесь с диалектически подвижной шкалой возможностей, как это часто случается при исследованиях литературных явлений в типологическом аспекте. Сопоставление книг о войнах, созданных в разных условиях в разных странах, разными писателями, может быть весьма продуктивным с научной точки зрения, но оно не отменяет возможности и продуктивности сопоставлений «военных» книг с произведениями совсем другой тематики. В то же время, отмечая сходство и различия и в построении «военных» книг, в подходе к изображению реалий военного быта, боевых действий и т. п. (т. е. оставаясь в пределах «темы»), мы должны всегда помнить, что имеем дело с частью общего процесса, и причины этих сходств и различий коренятся в особенностях таланта и творческом пути писателя, движении национальной литературы, ведущих тенденциях эпохи.

В «Судьбе человека» М. Шолохова заключена полемика со «Стариком и морем» Э. Хемингуэя и другими произведениями писателей Запада. Существуют исследования, убедительно показывающие, что в шолоховском рассказе проявилось новое понимание «соотношения человека и мира, человека и общества, иное содержание понятий: природа, мир, общество, да в конечном счете и сам человек» ".

Под таким углом зрения качества шолоховского героя теряют свое непосредственное «военное» значение, выступают как проявления общих закономерностей. Возможен и другой путь исследования — подход к общему через частное.

С этой точки зрения первостепенное значение будет иметь то обстоятельство, что герой рассказа М. Шолохова — солдат Великой Отечественной войны, что именно такой характер писатель счел необходимым поставить в центр своего произведения, которое он назвал «Судьба человека». (Герой рассказа Андрей Соколов говорит о себе: «На то ты и мужчина, на то и солдат, чтобы все вытерпеть, все снести, «ели к этому нужда позвала»).

Интересно и поучительно проследить этот характер в ряду других «солдат» — Григория Мелехова из «Тихого Дона», тененте Генри из «Прощай, оружие! » Э. Хемингуэя, Николая Ростова из «Войны и мира» Толстого, «барина Иванова» из «Четырех дней» В. Гаршина, Жана Маккара из «Разгрома» Золя, майора Дин-клаге из «Винтерспельта» А.

Андерша, сержанта Крофта из «Нагих и мертвых» Мейлера и т. д. Проблематика гуманизма выступает в таких сопоставлениях с особой остротой и резкой определенностью, как и всегда, когда мы касаемся отражения войны в искусстве. Тем самым, рассматривая советскую литературу о Великой Отечественной войне в сравнительно-типологическом плане, на фоне истории мировой литературы и ее современного движения, мы в специфическом и в то же время всеобщем аспекте касаемся вопроса о ее новаторстве, ее месте в мировом литературном процессе.







Поиск
В нашей базе находится больше 10 тысяч сочинений

Лайкнуть похвалить твиттернуть и прочее

Сочинения > Сочинения о войне > Военная тематика и военная проблематика