Изложение повести Тургенева «Вешние воды» ч2 - сочинение

Клюбер всю дорогу разглагольствовал: о том, что напрасно его не послушались, когда он предлагал обедать в закрытой беседке, о нравственности и безнравственности, о приличии и чувстве достоинства… Постепенно Джемме явно стало неловко за своего жениха.

А Санин втайне радовался всему, что случилось, и в конце поездки вручил ей ту самую розу. Она, вспыхнув, стиснула его руку. Вот так начиналась эта любовь. Утром явился секундант и сообщил, что его приятель, барон фон Донгоф «удовлетворился бы легкими извинениями». Не тут-то было. Санин в ответ заявил, что ни тяжелых, ни легких извинений давать не намерен, а когда секундант ушел, никак не мог разобраться: «Как это вдруг так завертелась жизнь? Все прошедшее, все будущее вдруг стушевалось, пропало — и осталось только то, что я во Франкфурте с кем-то за что-то дерусь».

Неожиданно явился Панталеоне с запиской от Джеммы: она беспокоилась, просила Санина придти. Санин обещал и заодно пригласил Панталеоне в секунданты: других кандидатур не было. Старичок, пожав ему руку, напыщенно произнес: «- Благородный юноша! Великое сердце!..» и обещал вскоре дать ответ. Через час он явился очень торжественно, вручил Санину свою старую визитную карточку, дал согласие, и сообщил, что «честь превыше всего!» и т.

п. Затем переговоры между двумя секундантами…

Выработали условия: «Стреляться барону фон Дoнгофу и господину де Санину на завтрашний день, в 10 часов утра… на расстоянии 20 шагов. Старик Панталеоне словно помолодел; эти события словно перенесли его в ту эпоху, когда он сам на сцене «принимал и делал вызовы»: оперные баритоны, «как известно, очень петушатся в своих ролях». Проведя вечер в доме семейства Розелли, Санин вышел поздно вечером на крыльцо, прошелся по улице. «И сколько же их высыпало, этих звезд… Все они так и рдели, так и роились, наперерыв играя лучами», Поравнявшись с домом, в котором помещалась кондитерская, он увидел: отворилось темное окно и в нем появилась женская фигура. Джемма!

Окружающая природа словно реагирует чутко на то, что происходит в душе. Налетел внезапно порыв ветра, «земля, казалось, затрепетала под ногами, тонкий звездный свет задрожал и заструился…»И вновь тишина. Санин увидал такую красавицу, «что сердце в нем замерло». «- Я хотела дать вам этот цветок… Она бросила ему уже увядшую розу, которую он отвоевал накануне.

И окошко захлопнулось». Заснул он лишь под утро. «Мгновенно, как тот вихрь, налетела на него любовь». А впереди глупая дуэль! «И вдруг его убьют или изувечат?

» Санин с Панталеоне приехали первыми в лесок, где должна была происходить дуэль. Затем появились оба офицера в сопровождении доктора; «сумка с хирургическими инструментами и бинтами болталась на его левом плече». Какие меткие характеристики участников. Доктор. «Видно было, что он к подобным экскурсиям привык донельзя… каждая дуэль приносила ему 8 червонцев — по 4 с каждой из воюющих сторон». Санин, влюбленный романтик.

«Панталеоне! — шепнул Санин старику, — если… если меня убьют — все может случиться, — достаньте из моего бокового кармана бумажку — в ней завернут цветок — отдайте эту бумажку синьоре Джемме.

Слышите? Вы обещаетесь?» Но Панталеоне вряд ли что-нибудь слышал.

Он к этому времени растерял всю театральную патетику и в решающий момент вдруг заорал: «- А ла-ла-ла… Что за дикость! Два таких молодых человека дерутся — зачем? Какого черта?

Ступайте по домам!» Санин стрелял первым и не попал, пуля «звякнула о дерево». Барон Денгоф преднамеренно «выстрелил в сторону, на воздух». «- Зачем вы выстрелили на воздух? — спросил Санин. — Это не ваше дело.

— Вы и во второй раз будете стрелять на воздух? — спросил опять Санин. — Может быть; не знаю«. Конечно, Донгоф чувствовал, что во время обеда вел себя не лучшим образом и не хотел убивать невинного человека. Все же совесть какая никакая, видимо, у него была.

«- Я отказываюсь от своего выстрела, — промолвил Санин и бросил пистолет на землю. — И я тоже не намерен продолжать дуэль — воскликнул Донгоф и тоже бросил свой пистолет…

« Оба пожали друг другу руки. Затем секундант провозгласил: «Честь удовлетворена — и дуэль кончена!» Возвращаясь после дуэли в карете, Санин чувствовал в душе облегчение и одновременно «было немножко совестно и стыдно…» А Панталеоне опять воспрянул и теперь вел себя, как «победоносный генерал, возвращающийся с поля выигранной им битвы».

На дороге их ждал Эмиль. «- Вы живы, вы не ранены!

» Они прибыли в гостиницу и там вдруг из темного коридорчика вышла женщина, «лицо её было покрыто вуалью». Она тут же скрылась, но Санин узнал Джемму «под плотным шелком коричневой вуали». Потом к Санину явилась госпожа Леноре: Джемма ей объявила, что не хочет выйти замуж за г-на Клюбера. «- Вы поступили, как благородный человек; но какое несчастное стечение обстоятельств!» Обстоятельства были действительно невеселые, как обычно во многом обусловленные социальными причинами. «- Я уже не говорю о том, …что это для нас позор, что этого никогда на свете не бывало, чтобы невеста отказала жениху; но ведь это для нас разорение…

Жить доходами с нашего магазина мы больше не можем… , а господин Клюбер очень богат и будет еще богаче. И за что же ему отказать?

За то, что он не вступился за свою невесту? Положим, это не совсем хорошо с его стороны, но ведь он статский человек, в университете не воспитывался и, как солидный торговец, должен был презреть легкомысленную шалость неизвестного офицерика. И какая же это обида…!» У фрау Леноре было свое понимание ситуации. «- И как же будет господин Клюбер торговать в магазине, если он будет драться с покупателями? Это совсем несообразно! И теперь…

отказать? Но чем мы будем жить?

» Оказалось, блюдо, которое прежде только их кондитерская готовила, теперь все стали делать, появилось много конкурентов. Быть может, сам того не желая, Тургенев раскрыл всю подноготную тогдашних нравов, отношений, страданий. Трудным путем, век за веком идут люди к новому пониманию жизни; вернее, к тому, которое возникло еще на заре человеческой цивилизации, но до сих пор отнюдь не овладело массовым сознанием потому, что переплетается еще с множеством ошибочных и жестоких идей.

Люди идут путем страданий, через пробы и ошибки… «Сделайте, чтобы все было ровно»… — призывал Христос.

Он говорил о социальном устройстве, а не о рельефе местности. И не о всеобщем казарменном равенстве доходов, а о равенстве возможностей себя реализовать; и об уровне массового духовного развития, вероятно.

Главный нравственный закон — идея всеобщего равенства возможностей. Без каких бы то ни было привилегий, преимуществ. Когда эта идея полностью будет воплощена, все люди смогут любить друг друга. Ведь не может быть подлинной дружбы не только между угнетателем и угнетенным, но и между привилегированным и лишенным этих привилегий. И вот, кажется, почти кульминация этой, по-своему трагической, хотя и обыкновенной истории. Санин должен просить Джемму не отвергать господина Клюбера. Об этом его умоляет фрау Леноре.

«- Она должна вам поверить — вы ведь жизнью своей рисковали!.. Вы ей докажете, что она и себя, и всех нас погубит. Вы спасли моего сына — спасите и дочь! Вас сам Бог послал сюда… Я готова на коленях просить вас…

» Что делать Санину? «- Фрау Леноре, подумайте, с какой стати я… — Вы обещаетесь?

Вы не хотите, чтоб я тут же, сейчас, умерла перед вами?« Чем он мог им помочь, когда не на что даже купить обратный билет? Ведь они, в сущности, на краю гибели; кондитерская их больше не кормит. «- Я сделаю все, что будет вам угодно! — воскликнул он. — Я поговорю в фрейлейн Джеммой…» Он в ужасном положении оказался!

Сначала эта дуэль… Окажись на месте барона человек более безжалостный, мог бы запросто убить или искалечить. А теперь ситуация еще хуже. «Вот, — подумал он, — вот теперь завертелась жизнь!

Да и так завертелась, что голова кругом пошла». Ощущения, впечатления, недосказанные, не вполне осознанные мысли… И над все этим — образ Джеммы, тот образ, который так неизгладимо врезался в его память в ту теплую, ночь, в темном окне, под лучами роившихся звезд!

« Что же сказать Джемме? Фрау Леноре ждала его. «- Ступайте в сад; она там. Смотрите же: я на вас надеюсь!

» Джемма сидела на скамейке, отбирая из большой корзины с вишнями самые спелые на тарелку. Он присел рядом. «- Вы дрались сегодня на дуэли», — сказала Джемма. Ее глаза светились благодарностью.

«- И все это из-за меня… для меня…

Я этого никогда не забуду». Вот лишь отрывки, кусочки этого разговора. При этом, он видел «ее тонкий чистый профиль, и ему казалось, что он никогда не видывал ничего подобного — и не испытывал ничего подобного тому, что он чувствовал в этот миг. Душа его разгорелась». Речь пошла о господине Клюбере. «- Какой же вы мне совет дадите…?







Поиск
В нашей базе находится больше 10 тысяч сочинений

Лайкнуть похвалить твиттернуть и прочее

Сочинения > Тургенев > Изложение повести Тургенева «Вешние воды» ч2